ЗВЕЗДНЫЙ ПУЛЬС ЗЕМЛЯНИНА

Ученый Евгений Староселец мерял пульс первого человека, вышедшего в открытый космос

***

Яркий миг истории: человек покинул земную скорлупу и вышел в открытый космос. Связь с материнским кораблем держалась через «пуповину» – специальный фал для страховки и передачи информации, в т.ч. медицинской. Это позволяло специалистам на Земле отчетливо слышать, как бьется сердце посланца родной планеты Алексея Леонова.

zemlanin 2

Наш собеседник - Евгений Староселец - входил в группу оперативной обработки данных и в прямом смысле держал руку на пульсе космонавта. В настоящее время он живет в столице ракетно-космической отрасли Украины, городе Днепре, и делится с газетой «Человек 21 века» эксклюзивной информацией – воспоминаниями о ярком мгновении в истории человечества.

***

18 марта 1965 года космонавт Алексей Леонов сделал последний шаг, как землянин, и вышел из шлюза корабля в открытый космос. В неизвестность. Это было сродни новому рождению, ведь человек стал, образно говоря, жителем мироздания. Вместе с первопроходцем сделала новый шаг космическая эра. С момента легендарного полета Юрия Гагарина прошло всего четыре года. И вот начался отсчет следующего этапа освоения космоса – безбрежного пространства и средоточия тайн... Однако в этот раз ученые считали не только секунды, а и отсчитывали живой пульс истории...

– Евгений Васильевич, искренне поздравляем Вас с тем, что посчастливилось участвовать в реальной летописи освоения космоса.

- Так распорядилась судьба, и я, конечно, благодарен ей за этот подарок. Это были, разумеется, незабываемые мгновения. 12 минут и 9 секунд в открытом космосе - я следил за состоянием первого землянина, вышедшего в необъятное космическое пространство! Даже сегодня помню отчетливо ритм биения сердца Алексея Леонова, в унисон с которым бился и мой пульс... Информация о состоянии космонавта поступала с помощью электрических импульсов на космический корабль «Восход-2» и сразу же передавалась на Землю, где ее оперативно обрабатывали специалисты. Каждый из них отвечал за свой сектор данных, которые стекались на главный пульт управления.

Я входил в состав группы оперативной обработки информации на пристартовом пункте космодрома Байконур. Работа заключалась в наблюдении и анализе данных в текущем времени, что на тот момент являлось ноу-хау советских ученых с довольно точными результатами. Погрешность не превышала 5-10%, и этого было достаточно для осуществления полета.

Измерительный пункт находился в 1,5 – 2 км от места старта. Лучший на ту пору корабль «Восход-2» уходил в зенит... Это чудо космической техники пилотировали Павел Беляев и Алексей Леонов, одни из наиболее опытных в отряде космонавтов. Выбор кандидатов на полет был, ясное дело, не случайным. Разведчики космических далей отправлялись в неизведанность. Что ждало их в открытом космосе, где еще «не ступала нога человека»? Это если оценивать по земным меркам, а здесь они уже не годились. Космонавт покинул рубеж Земли и даже последний форпост – жилой отсек корабля... Дальше – лишь неизвестность, которая, правда, моделировалась в ходе тренировок, но это была учеба...

Измерение пульса звездного странника давало жизненно важную информацию. Вот почему учет данного параметра специалисты вывели в отдельную операцию. Правда, в ту пору технические возможности исследования были скромными  и схема измерения оказалась сложной. Я следил за состоянием Алексея Леонова с помощью электронно-лучевой трубки, где отображалась кардиограмма, а также дополнительные параметры, включая «временные метки». Считывая информацию от одной метки к другой, я суммировал данные о пульсе космонавта. И тут выяснилось, что пульс космонавта растет – 152, потом 160 и т.д... Рядом находился научный сотрудник Института медико-биологических проблем, который сразу же докладывал Королёву (главному техническому руководителю полетов, конструктору ракетно-космической отрасли СССР. – прим. ред.) о характере работы сердца Леонова. Участвуя в подготовке космонавта к полету в наземных условиях (во время испытаний в барокамерах и других тренажерах. – прим. авт.), он мог сравнить допустимые медицинские показатели с реальными. Я спросил медика: «Ну как?». «Уже на пределе», – ответил он.

zemlanin 4

– Знакомясь с информацией о выходе первого человека в космос, я встретилась с еще более волнующими цифрами...

– Да, как впоследствии выяснилось, пульс космонавта оказался в какой-то момент еще выше. Это было тогда, когда Алексей Леонов вышел из зоны наблюдения пристартового пункта. Связь в этот момент, понятно, осложнилась. Особенно, когда уставший космонавт возвращался «домой» и начал залезать в люк корабля.

Там рядом была кинокамера для наружного обзора. Но как раз эта камера стала неожиданно причиной нештатной ситуации  – Леонов за нее зацепился... Экстремальная, что и говорить, ситуация, отсюда и высокий пульс космонавта.

– Еще бы не занервничать. Даже если иметь железные нервы...

– Дело было не столько в психологической реакции, сколько в чрезвычайно большой физической нагрузке. Во время наземных тренировок такая ситуация не моделировалась, всего не предусмотришь... Однако Алексей Леонов оказался крепким орешком и успешно преодолел нештатную ситуацию. Но, как выяснилось, экзамены не закончились. Когда Леонов возвратился на корабль и, казалось, что самое страшное уже позади, возник еще один неприятный сюрприз. Корабль «Восход 2» должен был начать снижаться после следующего витка. Увы, этого не произошло из-за возникновения новой проблемы. Автоматическая посадка была невозможна, т.к. случился технический сбой. Благодаря решимости главного конструктора Сергея Королёва и своевременным подсказкам Юрия Гагарина было принято решение о переходе на ручное управление.

Юрия Гагарина, как первого космонавта, приглашали всегда на очередные запуски. Он успокаивающе влиял на космонавтов. Здесь он быстро оценил обстановку и четким голосом сказал Павлу Беляеву: «Переходи на втором витке на ручную посадку». Корабль летел над Атлантическим океаном и выполненные корректировки помогли ему совершить аварийную посадку хоть и не в заданном районе, но на родной территории. В таежном крае Пермской области. Правда, космонавтов пришлось искать, как иголку в стоге сена. Ведь ждали ребят в Казахстане, где все было подготовлено к встрече. Сергей Королев поднял на ноги работников Пермского филиала конструкторского бюро, у которых был вертолет – они первыми обнаружили космонавтов.

– Экстремальный, что и говорить, космический полет...

– Но космонавты родились, можно сказать, в рубашках. Всем участникам уникального проекта пришлось хорошенько попотеть. Старт «Восхода-2» готовили тысячи специалистов на космодроме Байконур. А вообще, была задействована, по сути, вся космическая отрасль. Каждый на своем месте, где отвечал за особую задачу. Обстановка мобилизующая, мы были в кителях с галстуками... Больше всего волновались, когда Леонов плавал в космосе – мой пиджак вымок насквозь. Некогда даже было его снять, чтобы остаться в рубашке... Уже позже, анализируя события, понял, что когда я считал пульс Леонова, то волновался так, что и у самого он был не меньше, честное слово!

Юлия Бурнышева

Автор картины - Алексей Леонов

Редакция приглашает читателей стать партнерами издания, устремленного в будущее. Давайте вместе протаптывать тропинку в светлый мир. Актуальную информацию отправляйте на электронный адрес. Вы также можете помочь нашему изданию, перечислив любую сумму на реквизиты сайта.